0

Мы тогда действительно рискнули

Всего нас тогда было трое, а точнее сказать, три девчонки. Среди нас две сноубордистки и лыжница. При этом один инструктор и один рязрядник по альпинизму, а также один начинающий, то есть не имеющий какого-либо опыта в восхождениях. Так у нас была цель – осуществить восхождение на Эльбрус и потом успешно спуститься с него. Интересная у нас получилась компания. Одна попутчица была непосредственно на этой горе раз двадцать, я же всего три раза, а одна и вовсе ни разу. Тогда для нас самым важным было, чтобы погода была хорошей.

Никто не станет спорить с тем, что погода и вправду очень важна для восхождения на вершину горы. Так главные сложности и возможные неожиданности связаны непосредственно с ухудшением погодных условий. Так всего лишь за какой-то час времени погода может измениться от безоблачного голубого неба до метели. Если снижается видимость, то вполне может так случится, что восходитель потеряет дорогу и может заблудиться. При том такое может случится как с новичком, так и с более опытным восходителем, даже профи в альпинизме. Кроме того, если еще учесть и изобилие прикрытых снегом трещин, то восхождение и вовсе становится в такую погоду очень опасным. А мы же хотим таки получить отличные фотографии. И потому если и будем идти наверх, то исключительно если не будет ветра. В противном случае нас попросту может сдуть. И при этом видимость должна быть хорошей. А то потом рассказывай и доказывай, что ты был на вершине. По фото так точно никто не поверит, так как вряд ли кого можно будет рассмотреть в белом молоке. Одна из попутчиц показывает распечатку прогноза и погоды и становится понятно в какой день погода обещает быть более-менее приемлемой. На это число решаем ориентироваться. Если что, у нас в запасе еще будут резервные дни. За пару дней до предполагаемого подъема на вершину горы мы решаем отправиться в сторону «Бочек» с целью акклиматизации. Затем с той же целью поднимаемся к скалам Пастухова. Ночуем на высоте три тысячи восемьсот метров. Затем у нас по плану был так называемый день для релаксации. Однако я тогда решила, что у меня с акклиматизацией и так все довольно-таки неплохо и потому не пошла к бочкам, а присоединилась к ним накануне восхождения, а точнее сказать, за один день до предполагаемого подъема на вершину. Не спеша идем в сторону приюта. Девочки отправляются учится самозадержанию на снежном склоне, а мне хочется как можно больше поспать. Странно, но у меня тогда напрочь отсутствовало какое-либо волнение. Стараюсь разобраться со своими эмоциями и начинаю понимать, что, наверное, у меня таки меньше волнения чем у других по той причине, что мне не так сильно хочется туда подняться. Мне там приходилось бывать и не один раз. Даже приходилось оттуда съезжать примерно семь лет назад. И даже если нам не удастся туда взойти, я сильно не расстроюсь. По крайней мере, буду менее расстроена, чем, скажем, девчонки. Также у меня меньше волнений и тревог, чем у Вики, ведь она идет как наш гид. На ней серьезнейшая ответственность. Ей нужно идти первой, выбирать дорогу и темп, принимать важные решения. В таких раздумиях и проходит весь вечер. Мы покушали, собрали рюкзаки и поставили будильник. При том поставили на два часа ночи. Итак, в тот вечер мы едва заснули. А что творилось ночью вообще сложно вообразить. Это то, что называется подняли, а разбудить забыли. В общем, я смогла проснуться только в ратраке, когда мы ехали наверх. И не проснуться тогда было просто нереально. Перед нами открывались неимоверные пейзажи! Они были просто какими-то нереально фантастическими! Это просто были космические виды освещенные луной! И мысленно я даже про себя спросила, может, это эйфория? Известно, что низкое давление кислорода на большой высоте может вызывать состояние, которое варьируется от легкого дискомфорта аж до летального исхода. Также стоит сказать что признаки горного заболевания у всех могут протекать по-разному. Так у кого-то это может проявляться в виде некого недомогания. Так начинает болеть голова, появляется тошнота. А у других это и вовсе проявляется в виде психических нарушений. Так последние могут впадать в депрессию или же в эйфорию. Что касается последнего, то для него характерными являются приподнятое настроение, излишняя жестикуляция, говорливость, беспричинный веселый смех, беззаботное отношение к окружающей среде. А через некоторое время такое состояние может сменится упадком сил, апатией, меланхолией, притупляется интерес ко всему, что окружает.

Не могу не сказать и то, что рассвет на Эльбрусе без преувеличения является самым необыкновенным и красивым, что мне приходилось когда-либо видеть. Так ты поднимаешься в кромешной темноте по довольно-таки крутому склону, который стартует просто от скал Пастухова и тут справа вдали начинает светлеть. Еще полчасика и небо вовсе расцвечивается плавным переливом от темно-синего через розовый к светло-голубому. А слева на небе возникает тень самого красавца Эльбруса…Эти картины, в общем-то, самое основное, что запоминается. Здорово, что не так хорошо запоминаешь тяжесть в ногах, усталость, свое тяжелое дыхание, шум в голове. Скажу, что на этот раз мне и вправду подъем дался нелегко. Тогда на седловине ко мне начинали приходить мысли, мол, зачем оно мне все это нужно, не пришло ли время сворачивать обратно. Но эти моменты важно просто перетерпеть и пережить. Вот, собственно, и сама вершина. Мы с удовольствием начинаем фотографироваться. Пока еще не поздравляем друг друга, так как делать это еще рано, впереди ждет спуск. Но если для многих альпинистов это непростое испытание, то для нас спуск – одно сплошное удовольствие. Я помню сколько завистливых взглядов было когда мы проносились вниз.

Хочу отметить, что сейчас существует несколько вариантов спуска на лыжах. Это спуск по классическому пути подъема к Бочкам, спуск с Восточной вершины в сторону ущелья Ирик, спуск на север и недавно разведанный одной из наших восходительниц спуск на запад.

Мы же тогда приняли решение выбрать первый вариант. Он нам казался более простым и таким, что приводит непосредственно к точке старта. Тогда мы побаивались какого же качества будет снег. Иногда случается так, что в промежутке от седловины до вершины снег действительно жесткий. А еще он может быть задутый и с острыми застругами. Однако нам тогда действительно несказанно повезло. Так незадолго до нашего восхождения выпал свежий снег. Где еще можно найти целину в такое время года? Разве в Чили. Тогда нужно было сделать пару фото и потому мы отказались от такого соблазна проехать весь кусок на ходах в несколько дуг.

Участок ниже самой седловины оказался уж точно не из приятных. Вначале довольно-таки долгий траверс по косой. Сноубордистам даже пришлось здесь идти пешком. Дальше склон и вовсе чем-то напоминал некую стиральную доску. И прежде всего по той причине, что не было солнышка. Ноги тогда и вправду очень сильно устали. Сил хватает только на пару поворотов. Затем следует остановка. Но все же быстрее альпинистов. И только непосредственно перед самым приютом ниже скал Пастухова опять есть возможность отпустить лыжи и финишировать с неким ощущением радости и гордости. За это восхождение я просто несказанно благодарна всем тем, кто был со мной рядом.